Канинская тундра стала местом для сбора материала по устной истории ненцев

E-mail Печать PDF
Рейтинг пользователей: / 7
ХудшийЛучший 

В рамках совместного проекта "ORHELIA" Штефан Дудек совершил в июне и июле 2012 г. очередное этнографическое исследование среди оленеводов на полуострове Канин.

Письмо, написанное им после поездки:

Канинские оленеводы на празднике «Попасть на Полуостров Канин было нелегко. Без помощи наших ненецких партнеров в Нарьян-Маре, в частности Ассоциации ненецкого народа «Ясавэй», которые помогли с транспортом и с пропуском в пограничную зону, моя поездка к канинским ненцам была бы невозможна. Приношу особенную благодарность Галине Платовой и Александру Белугину за поддержку.

Галина Платова познакомила меня в Нарьян-Маре с Наташей Латышевой, директором Несского Дома Культуры, которая дала мне не только ценные советы о том, с какими людьми надо работать в селе Несь, но также помогла организовать ночлег и отдала меня в нужные руки в деревне.

Мы выбрали село Несь и канинских оленеводов для сбора материала по устной истории ненцев, так как до сих пор этнографы и антропологи в основном в своих работах концентрировали свое внимание на Большеземельскую тундру и восточные регионы Ненецкого округа, поэтому Канинские ненцы оказались малоизученными.

Этот месяц в тундре был чрезвычайно важен для моей работы по изучению устной истории ненцев, ведь здесь рождаются те рассказы, которые я записал со слов стариков в поселке. Меня часто спрашивали в Нарьян-Маре, почему мне просто недостаточно посетить поселки и там делать записи у пожилых людей. Есть две причины, почему это невозможно. Первая - это доверие. Мои собеседники должны быть уверены в том, что я понимаю то, о чем они говорят. Ведь зачем рассказывать человеку о жизни в тундре, если он не имеет ни малейшего представления о том, как там живут. И если они узнают, что я был в тундре, что я познакомился с их родственниками и участвовал в их жизни, они смогут поделиться со мной теми историями, свидетелями которых они были, потому что они знают, что я в состоянии правильно оценить информацию. Вторая причина - знакомство с тем социальным и культурным контекстом, в котором рассказы устной истории возникают, чтобы понять, как образуется коллективная память, как передается исторический опыт одного поколения следующим поколениям, о чем говорят и что умалчивают.

altВ Неси и в Канинской тундре мое намерение посетить оленеводов не вызвало удивление. Все мне старались помочь добраться до оленеводов, которые находились в то время далеко на Севере полуострова Канин. В Неси с помощью Володи Ардеева я смог познакомиться с самыми пожилыми ненецкими жителями и начал записывать их личные воспоминания. Володя оказался внуком самой пожилой жительницы в селе - 92-летней Надежды Федоровны Ардеевой, с которой я провел почти целый день и с восхищением услышал и записал ее рассказы, посмотрел личный фото-архив этой замечательной и гостеприимной женщины. Я записал рассказы у канинских оленеводов, всего получилось сделать 30 часов звукозаписи, исписаны 240 страниц дневника и снято около 1500 фотографий.

Благодаря Комитету по делам коренных малочисленных народов Севера Ненецкого автономного округа 2-го июля 2012 г. я смог улететь к канинским оленеводам на студенческом вертолете из села Несь вместе с некоторыми студентами, которые учатся в Нарьян-Маре. На вертолетной площадке я лично столкнулся с одной из наиболее острых проблем полуострова Канин – проблема с транспортной системой. Билет из Нарьян­-Мара в Несь достать трудно, но здесь в Неси образовался беспорядок прямо возле вертолета в Канинскую тундру. Из-за хронической нехватки транспорта большое количество людей пользуется редкой возможностью отправлять что-то необходимое своим близким в тундру. Вместо того, чтобы создать какой­-то организованный режим загрузки пассажиров и груза на площадке, персонал вертолета и аэропорта ругали людей, и люди воевали между собой за место в вертолете. Я чуть ли не потерял надежду попасть на вертолет. Но сопровождающий в вертолете уверил меня, что я в списке пассажиров, и меня пустили на борт.

Канюков Василий АнаньевичКогда я прилетел на оленеводческое стойбище бригады № 3 общины «Канин», вся суета отпала. Принимала меня семья Вокуевых, с их дочерью Светланой я прилетел на стойбище бригады. Уже здесь на стоянке 3-й бригады, на месте с названием Лангудо,  я познакомился с Василием Ананьевичем Канюковым, самым старым оленеводом в общине, с соседней бригады № 4. Этот пожилой человек стал для меня одним из самых интересных собеседников среди канинских оленеводов. Он очень бережно и избирательно поделился со мной своим богатым жизненным опытом. Я почувствовал, что он намного больше, чем мои собеседники в поселениях понимает, насколько мне важно некое знание, и насколько я в состоянии рассматривать информацию в правильном контексте.

В семье Вокуевых я сразу стал участвовать в повседневной жизни оленеводов. Мы ловили оленей и шли на рыбалку, ямдали (кочевали) с одного стойбища на другое. 10-летний мальчик Тима научил меня ездить на оленях. Я посоветовался с оленеводами насчет маршрута, и они посоветовали поехать от 3-й бригады на Запад, посетить несколько бригад общины, совершить поездку в начале августа на «День Оленя» и улететь на праздничном вертолете домой. Таким образом, мне удалось побывать в гостях у бригад №3,4,6 и 7 и на празднике у бригады №9. По дороге от 7-й до 9-й бригады я посетил молодых оленеводов бригады №2. Со многими другими я смог познакомится в первые три дня августа во время самого главного праздника тундры - День Оленя, который в этом году праздновали в бригаде №9.

К моему удивлению я заметил, что бригады, которые я посетил, состоят в основном из среднего и молодого поколения. Люди утверждали, что большинство оленеводов, которые в 55 лет уходят в пенсию, уезжают из тундры и живут в селе Несь. Для молодых оленеводов сегодня не хватает опыта старых мастеров, говорили мои собеседники, и в некоторых бригадах работают только молодые и еще не очень опытные пастухи.Мальчик Тима со своей упряжкой

На вопрос, почему старики покидают тундру, я получал разные ответы. Их можно следующим образом обобщать — жизненные условия стали сложнее, оленеводы постепенно теряют надежду в будущее, и когда в деревне для них строят жилье, они предпочитают переезжать туда. Эти чувства связаны с ситуацией оленеводства на полуострове Канин и, в частности, с положением оленеводческого предприятия «Община Канин». Зарплаты оленеводов мизерные, и община может принимать оленье мясо и оленеводческую продукцию только по очень низким ценам, объясняя это большими транспортными расходами. Оленеводам кажется, что ситуация предприятия безысходная, и что они никак не могут влиять на решение руководства своего предприятия.

Нелегальный отстрел домашних оленей оседлого населения (даже оленеводы называют  это браконьерством) до сих пор одна из нерешаемых проблем. Но ведь тот, кто украл или зарезал домашний скот в деревне, не считался бы браконьером. У оленеводов остается впечатление, как будто бы отстрел их оленей считается мелким нарушением со стороны остального населения.

Чувства неуважения оленеводческой культуры имеет еще один другой печальный источник. Почти все собеседники рано или поздно говорили об общем для всех оленеводов святилище «Козьмин перелесок», и все жаловались, что священное место превратилось в свалку. В связи с тем, что зимник от Мезени до Неси проложен через это место, невежественные люди оставляют там все что угодно и в основном ненужные и сломанные вещи, что категорически противоречит смыслу жертвенного места. Поэтому остро стоит вопрос о том, как можно восстановить заповедный характер этого культурного памятника ненецкого народа. Пока ситуация не изменится, оленеводы каждый год во время перекочевки мимо священной рощи будут чувствовать боль в душе, к которой добавляется чувство игнорирования и беззащитности.

Новые дома для оленеводов в с. НесьМожет быть, одна из причин того, что пенсионеры переезжают в деревню, это и низкий уровень медицинского обслуживания в тундре. В бригадах до сих пор нет сателлитных телефонов, и вызвать санитарный вертолет со скорой помощью очень нелегко. Только в определенное время два раза в день со старой рации можно выходить на связь, если получится, и потом прилетит вертолет с врачами из Нарьян-Мара. Проект «Красный Чум» с медицинским и культурным обслуживанием кочевого населения уже несколько лет не посещал тундру.

Проблемы, конечно, серьезные, но после месяца в тундре я вижу будущее оленеводов на полуострове Канин не в таком мрачном свете как некоторые оленеводы. Пока мне кажется, что еще есть шанс изменить ситуацию. Ведь пока есть на Канине родители,  знающие родной язык, и которые могут передать этот язык молодому поколению, и есть старики, которые с удовольствием работали бы в деревенских детских садах, где могли говорить с детьми на своем родном языке, пока есть молодые люди, которые хотят стать оленеводами, пока есть и ненцы и коми, которые комфорту поселка предпочитают свободу кочевого образа жизни, изменить ситуацию может быть удастся, если оленеводы опять начнут верить в то, что есть будущее у оленеводства и у оленеводческой культуры.

После первой поездки к канинским ненцам мне кажется, что пока рано подводить какие-то серьезные итоги исследования, и в ходе работы появились больше вопросов чем ответов. Удивительно то, что канинские кочевники - единственные в обширном районе проживания ненцев от Енисея до Кольского полуострова заменили свои чумы на палатки. Я узнал, что это новшество не было как многие другие придумано специалистами, а его изобрели сами оленеводы, чтобы упростить установку жилья. Интересным вопросом для дальнейших исследований является традиционно тесные связи канинских оленеводов и русских старожилов в Мезенском районе. Палатка канинских оленеводовВ этом районе до сих пор существует особенный лесной тип оленеводства, и оленеводы иногда даже говорили о лесных ненцах, которых конечно нельзя путать с лесными ненцами в Западной Сибири. Важной областью изучения устной истории будет для меня отношение географии и исторической памяти, которая выражается в топонимике и в рассказах о знаменательных местах. Часто эти рассказы связаны с необычными и сверхъестественными явлениями.

Но все эти работы, путешествие и исследования невозможны без поддержки и сотрудничества местных партнеров. Поэтому я хочу не только выразить глубокую благодарность местным жителям, но также и семьям Латышевых и Ардеевых и канинским оленеводам за свое гостеприимство. Надеюсь, что вместе с ними мы обработаем результаты исследования, которые были бы доступны и интересны всем жителям региона.»

Обновлено 07.02.2014 11:08  

Важная информация

3 апреля 2016 года в Ассоциации ненецкого народа «Ясавэй» сменилось руководство.

На XI Съезде Президентом регионального общественного движения Ассоциация ненецкого народа «Ясавэй» был избран Юрий Аркадьевич Хатанзейский.

Также были выбраны вице-президенты по ключевым направлениям деятельности Ассоциации:

  • вице-президент по правовым вопросам  - Каменева Ольга Фёдоровна,
  • вице-президент по вопросам традиционной хозяйственной деятельности – Латышев Николай Васильевич,
  • вице-президент по языку и культуре – Ханзерова Ирина Леонидовна,
  • вице-президент по экологии, землепользованию и недропользованию – Талеев Сергей Александрович,
  • вице-президент по молодежной политике - Канюкова Валентина Игоревна

Членами Совета на XI Съезде были избраны:

  • Артеева Инга Александровна,
  • Ардеев Альберт Григорьевич,
  • Ардеев Игорь Янович,
  • Терлецкий Александр Игоревич,
  • Лыченко Анна Ивановна.

Членами Совета старейшин избрали:

  • Гаврильеву Аллу Павловну,
  • Явтысую Ксению Филипповну,
  • Давыдову Татьяну Юрьевну,
  • Ледкова Петра Алексеевича,
  • Хатанзейскую Марию Григорьевну,
  • Талееву Матрену Ивановну
  • Талееву Юлию Алексеевну.

В ревизионную комиссию вошли:

  • Пластинина Владислава Вадимовна,
  • Давыдова Евгения Ивановна,
  • Канюкова Анна Афанасьевна.