Земля в иллюминаторе

E-mail Печать PDF
Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 

 

Депутат Архангельского областного Собрания Владислав Песков (на фото с оленеводами общины «Канин») стал инициатором и одним из авторов международного проекта, представляющего интерес для каждого жителя Ненецкого автономного округа.
 
Перспектива
Представьте себе: в тёмно-синем звёздном небе плывёт на вас Земной шар (речь идет о программе Google Earth - прим. Ассоциации "Ясавэй"). Или вы медленно наплываете на планету и каким-то чудным образом получили право управления своим полётом – над океанской гладью, над горными грядами, всё ближе к Северному полюсу земли... 
И вдруг узнаёте – это же остров Колгуев, дальше – острая хищная пасть полуострова Канин. Ведёте курсором по поверхности, и взору открываются стойбища на кочевых маршрутах оленеводов, места отёла и забойные пункты, речные переправы, святилища предков. Добавьте иной уровень видимости, и вот уже перед вами охотничьи угодья, рыболовецкие участки, места сбора дикороссов. Хотите увидеть, какие сокровища скрыты под этой толщей земли? Пожалуйста, вот они мерцают и переливаются перед вашим взором: алмазы, золото, бериллы и какие-то совсем уж редко встречающиеся в земле драгоценности. Их ещё не научились добывать, но они есть и ждут своего часа. Это очень похоже на сон, но это реальность – плод десятилетнего творческого содружества норвежского Полярного института и Ассоциации ненецкого народа «Ясавэй».
Виртуальную часть этого проекта – карту планеты и нанесённые на ней объекты хозяйственной, как традиционной, так и производственной деятельности в границах нашего округа норвежские учёные создали с таким расчётом, чтобы она при минимальной подготовке была доступна и губернатору, и эксперту и простому оленеводу. Эту живую карту каждый желающий теперь может найти на сайте ассоциации «Ясавэй», а очень скоро и на сайте нашей газеты, который сейчас переживает процесс обновления.
 
Когда пятна были большими
Кроме виртуальной карты результатом этого проекта стала ещё и книга – солидное научное издание с соответствующим названием: «Мониторинг развития территорий традиционного природопользования в Ненецком автономном округе». А сама идея проекта родилась в буквальном смысле в воздухе. Девять лет назад Владислав Песков, как президент ассоциации «Ясавэй», вместе с комиссией по отводу земель облетали места, на которых компания «Архгеологодобыча» собиралась строить свои объекты. В дорогу молодой президент захватил с собой новенький, недавно купленный фотоаппарат. Цифровая техника была в ту пору ещё в новинку, и скорее из любопытства он во время полёта непрерывно щёлкал затвором, снимая с воздуха всё, что попало. Облетели практически весь район нефтедобычи, и, как выяснилось уже при обработке снимков, картина получилась безрадостная: летняя тундра на любом её участке с севера на юг и далее везде выглядела буквально изнасилованной тяжёлыми машинами, остатками бывших и брошенных буровых, ржавыми бочками и грудами старой техники. Молодая поросль «Ясавэя», выросшая в тундре и, казалось, знавшая её вдоль и поперёк, понятия не имела, как несовместимы природа и техногенные пришельцы.
 Поскольку «Ясавэй» имел юридическое право согласовывать земельные участки на отвод объектов недропользования на традиционных местах постоянного проживания коренного населения, решились на смелый шаг. Записали фоторепортаж на компакт-диски и разослали их во все властные структуры, в том числе и президенту России, генеральному прокурору и министру природных ресурсов. Думали разом спасти родную землю, но бюрократическая машина, сделав поворот своего скрипящего колеса, возвратила компромат в кабинеты тех, кто это безобразное отношение с природой и допустил. Теперь «Ясавэю» нужно было оправдываться перед чиновниками, кто разрешил им съёмку «секретных» объектов и какое право они имели беспокоить столь высокое начальство.
Когда гроза миновала, чиновники честно признавались в частных беседах, что и сами были удивлены панорамной картинкой настоящего состояния тундры. О том, как именно давать разрешения на строительство нефтяных промыслов, чёткого понимания не было не только у местных властей, но и там, наверху. Ещё совсем недавно, несколько лет назад, закона об охране территорий, да ещё вдобавок и северных, практически не было. Была громадная страна СССР, где было всё государственным: куда прикажем, там и будем бурить, долбить, взрывать. Был один закон – наказ-приказ партии, чем и объясняется факт, что самый большой вред экологической системе наших тундр нанесли не в ходе добычи, а на этапе разведки ныне извлекаемых запасов. Как надо работать с частными, а уж тем более с иностранными компаниями, представления никто толком не имел. Ещё и в голову не приходило, что кому-то, кроме обессилевшего государства, наша северная кладовая в ближайшем будущем потребуется. Но они пришли, стали наведываться в кабинеты. Сначала в столичные, ведь право одного ключа было у правительства. Обоснования строительства нового объекта выглядели примерно так: белое пятно на географической карте, на нём обозначена, скажем, труба, а от неё пунктиром – расстояние до Нарьян-Мара (400 км) и до ближайшего населённого пункта (опять же условно – 100 км) Почему бы имеющему главный ключ не согласовать объект? Потом податель сего документа летит в Нарьян-Мар, где у губернатора в ящике стола хранится «второй ключ», а в голове – чёткая телефонная инструкция от хозяина другого ключа: пущать или не пущать, а дальше – дело торга.
 
Суверенитет по-ненецки
В начале нулевых стало посложнее. Во-первых, сказано было: «берите суверенитета сколько хотите», а сколько можно брать – не сказано. В округе решили, что пора стать республикой – так и было сказано в первом параграфе декларации. Во-втором параграфе – само понимание суверенитета: все недра, их богатства, реки, болота, озёра и всё, что в них – собственность республики. Но ведь совсем не сумасшедшие люди готовили эту декларацию, засомневались между собой и добавили, от греха подальше, третий параграф: если параграф «два» не пройдёт, считать тот, что под номером «один» нашей шуткой, то есть недействительным. Но ещё и посложнее стало по другому поводу: разорённые в лихие девяностые, оленеводы потихонечку начали восстанавливать свои стада. Это были уже не колхозы, а частные оленеводческие кооперативы, руководители которых стали поднимать голову и довольно горячо доказывать, что у них тоже есть собственный суверенитет: на том месте карты, где у нефтяников была обозначена труба на фоне сплошного белого пятна, веками проходили маршруты кочевий и, между прочим, остались святилища предков. Новые собственники предприятий должны были уступить, появились договоры равноправных хозяйствующих субъектов – добывающие нефть согласились платить некие компенсации за сокращённые оленьи пастбища.
 
«А дядя Лёша – совсем не барин»
Нечего было и мечтать о том, что проект «ясавэев» при такой сумбурной буре когда-то явится на свет. Идея бы так и оставалась висеть в воздухе, но тут в кабинете главы округа появился человек, по рекомендации которого Влад Песков пару лет назад оказался на борту того самого вертолёта, который облетал объекты нефтяного промысла. Алексей Викторович Баринов, много лет возглавлявший самую мощную по тем временам компанию «АГД», на собственном опыте знал, во-первых, как тяжело договариваться с оленеводами, во-вторых, был убеждён, что договариваться всё равно придётся и надо. Его компания первой подписала «варандейское соглашение» с «Ервом», а затем и другими частными кооперативами оленеводов. Поэтому и обрела поддержку идея карты, которая, как предполагалось в то время, будет висеть на стене губернаторского кабинета: на ней, кроме всего прочего, должны быть обозначены маршруты оленводческих пастбищ, находящихся в постоянном (оказалось!) движении с севера на юг, а зимой в обратном направлении.
 
Международная поддержка
К тому времени разрозненные сведения о жизни оленеводов потихонечку собирались в единый информационный блок. «Ясавэю», точнее, его президенту Владиславу Пескову оставалось только найти средства на воплощение виртуальной мечты, а это всегда самый сложный порог на пути от мечтаний к их воплощению. И здесь на нашей виртуальной сцене появляется ещё один попутчик – сотрудник Норвежского Полярного Института Винфред Даллманн. С Владом Песковым они встретились в Москве на Всемирном съезде народов Севера и сразу же нашли общий язык. Винфред плохо знал Русский Север, но как настоящий учёный глубоко проникся историей и положением коренных народов, прочитав единственную тогда переведённую книгу Николая Вахтина о наследстве, которое оставила сначала царская, а потом и советская эпохи народам, проживающим на территории нынешних Ямало-Ненецкого и Ханты-Мансийского округов. Там раньше, чем у нас, началась промышленная эксплуатация недр, и исследования о влиянии трубопроводов и железнодорожных путей на маршруты перемещения северного оленя могли попасть на Запад только чудом – отрывочные сведения из закрытой доселе страны тогда лишь начинали проникать в зарубежье. От замысла от карты на стене губернаторского кабинета идея вырисовывалась точнее и шире. Создать обобщающее исследование о коренных народах как инструмент для самих представителей коренных народов.
 Научное издание даже не планировалось – у науки есть другие инструменты для исследования. Пять специально обученных интервьюеров разъехались по сёлам округа с анкетами, которые разрабатывала известный антрополог Ольга Мурашко, ставшая в конце-концов одним из соавторов проекта. Высчитывая потери кочующего населения от воздействия техногенной среды, они добивались того, чтобы в договорах нефтяников и руководителей производственных кооперативов стали учитываться для дальнейшего возмещения потери оленьего поголовья.
 
Среда обитания
Только не единым оленеводством сыт житель и кочевник тундры. В ходе исследования «ясавэи» вместе с учёными подсчитали, что объём потребляемого оленьего мяса на одного человека, занимающегося традиционными видами деятельности, колеблется в разных местностях, но в среднем он составляет 150 кг. Значит, стоимость его на год около 37,5 тысяч рублей. Рыбы в пересчёте на рубли уходит на каждого на 25 тысяч. Вместе с мясом дикой птицы, дикими ягодами и яйцом дикой птицы годовая продовольственная корзина тундровика, наполненная плодами традиционных видов его деятельности, весит порядка 65 тысяч рублей. При этом тундра обеспечивает от 62 до 84 процентов рациона питания её коренного жителя.
Раньше у них о многом не спрашивали, а стоило бы. Отвечая на вопросы анкеты, многие респонденты из Нельмин Носа отмечают в качестве проблемы своего посёлка его неудобное географическое положение, заболоченность. И практически все в этой связи вспоминают закрытый в 1952 году посёлок Три Бугры, который находился на высоком месте, рядом с рыбным озером Киризейка. Про сохранность родовых святилищ, как выяснилось, каждому было что сказать: как с появлением буровых раскидали всех идолов на Хуртовой-седа, как на священную сопку Сив-нэва наезжал вездеход...
 Для чего всё это надо знать? Для того, чтобы мы по-настоящему понимали, как трудно даётся жизнь в тундре. Чтобы на картах, где помечены ненецкие святилища, не зияли белые пятна. Чтобы при проектировании новых объектов учитывались не только географические характеристики территории, но и её исторические, этнологические особенности. Чтобы, наконец, объяснить всем, что коренные народы Севера, отстаивая тундру как единственно возможную среду обитания, тревожатся не только за пищу, но и боятся разрушения святилищ.
Книга под редакцией В.К. Далламана, В.В. Пескова, О.А. Мурашко издана на русском языке очень маленьким тиражом спустя два года после того, как она появилась на английском. Тем не менее, это единственное международное исследование, которое вернулось на родном языке на место, где оно проводилось, в НАО. Она для тех, кто принимает решения – на государственном и семейном уровнях.
 
Автор:
Владимир ПОЧЕЧИКИН
 

 

Обновлено 24.01.2012 09:06  

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Важная информация

3 апреля 2016 года в Ассоциации ненецкого народа «Ясавэй» сменилось руководство.

На XI Съезде Президентом регионального общественного движения Ассоциация ненецкого народа «Ясавэй» был избран Юрий Аркадьевич Хатанзейский.

Также были выбраны вице-президенты по ключевым направлениям деятельности Ассоциации:

  • вице-президент по правовым вопросам  - Каменева Ольга Фёдоровна,
  • вице-президент по вопросам традиционной хозяйственной деятельности – Латышев Николай Васильевич,
  • вице-президент по языку и культуре – Ханзерова Ирина Леонидовна,
  • вице-президент по экологии, землепользованию и недропользованию – Талеев Сергей Александрович,
  • вице-президент по молодежной политике - Канюкова Валентина Игоревна

Членами Совета на XI Съезде были избраны:

  • Артеева Инга Александровна,
  • Ардеев Альберт Григорьевич,
  • Ардеев Игорь Янович,
  • Терлецкий Александр Игоревич,
  • Лыченко Анна Ивановна.

Членами Совета старейшин избрали:

  • Гаврильеву Аллу Павловну,
  • Явтысую Ксению Филипповну,
  • Давыдову Татьяну Юрьевну,
  • Ледкова Петра Алексеевича,
  • Хатанзейскую Марию Григорьевну,
  • Талееву Матрену Ивановну
  • Талееву Юлию Алексеевну.

В ревизионную комиссию вошли:

  • Пластинина Владислава Вадимовна,
  • Давыдова Евгения Ивановна,
  • Канюкова Анна Афанасьевна.